Псалмы Давида читать онлайн

Спрятать Показать все

Молитва

Восхваления

Ключ от Врат Молитв

Молитвы

Теилим онлайн

Сила Теилим

Коллективное чтение Теилим

Сгулот

Духовные аспекты

Практические аспекты

Внутренний аспект Торы

Цадиким

Цадик – Йесод Олам

Святое Наследие

Праздники

Еврейские Праздники

Особые Периоды

Интересное

Сила Теилим

Рубрики событий

(CC BY-ND-NC) 2022 – 5782 by Sila Tehilim – Материалы сайта подлежат лицензии CC BY-ND-NC 1.0 («Атрибуция — Без производных произведений — Некоммерческое использование») 1.0 Generic

Событие: 4 Хешвана Йорцайт/Илула Рабби Келонимус-Калмиш Шапиро – Адмора из Пясечны

  • Стартовая
  • 4 Хешвана Йорцайт/Илула Рабби Келонимус-Калмиш Шапиро – Адмора из Пясечны

The event is finished.

4 Хешвана Йорцайт Адмора из Пясечны – Рабби Келонимус-Калмиш бар Элимелех Шапиро.
Адмор из Пясечны по отцовской линии происходил из рода прославленного кабалиста р. Натана-Нета Шапиро, автора трактата Мегале амукот (Открывающий глубины).
Его прадед и дед были близкими учениками одного из родоначальников хасидского движения в Польше р. Исраэля Гофштейна (Магида из Кожниц), а его бабушка — внучкой духовного лидера хасидов Галиции р. Элимелеха из Лиженска.
По линии матери происходил от выдающегося хасидского мыслителя р. Келонимуса-Кальмана из Кракова, автора книги, вошедшей в сокровищницу хасидской классики, — Маор вашемеш (Светило и солнце).
Родился 15 ияра 5649 /1889/ года в г. Гродженске (Грейдице), на северо-западе Польши. Его отец, р. Элимелех, основал в Гродженске хасидский «двор» — в последние годы жизни он был старейшиной хасидских лидеров Польши.
Келонимус-Калмиш появился на свет, когда отцу уже исполнилось шестьдесят пять лет. В три года он осиротел и воспитывался под наблюдением своего двоюродного брата р. Йерахмиэля-Моше Гофштейна, возглавлявшего хасидский «двор» в Кожнице.
В шестнадцать лет он женился на юной Рахели-Хае-Мирьям, дочери р. Йерахмиэля-Моше, и четыре года прожил в доме тестя.
После смерти тестя, последовавшей в самом конце 5669 /1909/ года, двадцатилетний р. Келонимус-Калмиш поселился в местечке Пясечна, в шестнадцати километрах от Варшавы, и основал там новый хасидский «двор» — сотни, а затем и тысячи хасидов его отца и тестя потянулись к нему за советом и наставлением.
Он был самым молодым адмором (хасидским наставником) своего поколения.
В 5673 /1913/ году, в двадцать четыре года, он стал также и раввином Пясечны.
В годы первой мировой войны он переселился в Варшаву и с тех пор навещал Пясечну только на осенние праздники — тем не менее, по просьбе жителей местечка он остался раввином этой общины, и по всем важнейшим вопросам жители Пясечны обращались к нему.
В 5683 /1923/ году Адмор из Пясечны основал в Варшаве ешиву — он назвал ее Даат Моше (Знание Моше) в память о своем тесте, р. Йерахмиэле-Моше из Кожниц.
В то время это была единственная польская ешива, в которой имелись общежитие и столовая для студентов, — позднее по подобному же образцу создал свою знаменитую ешиву Хохмей Люблин р. Меир Шапиро.
Особое внимание в ешиве Адмора из Пясечны уделялось изучению практической алахи — и в 5687 /1927/ году состоялся первый выпуск молодых знатоков Торы, получивших по окончании ешивы смиху (раввинское посвящение).
Возглавляя цветущую хасидскую общину и одну из самых авторитетных в еврейском мире ешив, Адмор из Пясечны был крайне далек от самодовольства. 19 ияра 5689 /1929/ года сорокалетний Ребе записал в своем дневнике: «Чего мне недостает? Просто быть евреем — вот, чего мне недостает! Я кажусь себе человеком, искусно нарисованным на холсте, — все в нем есть: и тонкие переходы цвета, и совершенство формы. Только одного не хватает этому человеку — в нем нет души. Владыка Вселенной, видящий все сокрытое, я с горечью признаю, что я отброшен и отдален от Тебя и от Твоей святости на огромное расстояние. Я хотел бы сейчас просто пройти гиюр — начиная с сегодняшнего дня, стать евреем! Владыка Вселенной, спаси меня, чтобы мне не пришлось провести остаток своих лет на духовном уровне ослов и собак — приблизь меня к Себе, введи меня в Твое Святилище, в Святая Святых, привяжи меня к Себе на веки веков» (Ховат аталмидим, Толдот амехабер).
В 5692 /1932/ году в Варшаве Адмор из Пясечны издал свою первую книгу, названную Ховат аталмидим (Долг учеников).
Эта книга была создана на основе педагогического опыта, приобретенного им при руководстве ешивой. Она написана в жанре живой и доверительной беседы наставника с юным учеником, лишь вступающим на путь к духовному совершенству.
Книга вошла в классический фонд произведений еврейской педагогики и мусара — она выдержала множество изданий и широко изучается до сих пор.
Адмор из Пясечны написал еще целый ряд сочинений, касающихся вопросов еврейского воспитания: Ахшарат ааврехим (Подготовка молодых знатоков Торы), Ховат ааврехим (Обязанность молодых знатоков Торы), Дерех амелех (Царский путь) и др.
В книге Ахшарат ааврехим автор вводил своего молодого читателя, уже основательно освоившего Талмуд и своды законоучителей, в тайный мир кабалы. Эта книга была задумана как преамбула к изучению сокровенных разделов Торы.
К концу 5690-х /1930-х/ годов число учеников в его ешиве достигло трехсот. Адмор из Пясечны часто говорил своим близким: «Цель моей жизни — это ешива, а цель ешивы — вырастить хотя бы десять человек, по-настоящему стремящихся к духовным вершинам» (Бесетер раам).
Начало второй мировой войны застало его в Пясечне. Вскоре он вернулся в Варшаву, куда стекались тысячи беженцев из западных районов Польши.
Войска вермахта стремительно продвигались к Варшаве, город сотрясался от взрывов бомб. В эти дни один из преданных хасидов добыл для семьи Адмора из Пясечны автомобиль и предложил ему бежать из гибнущей Польши на восток, в Вильно (Вильнюс). Адмор отказался, объяснив: «Я не могу улизнуть с поля боя и покинуть польских евреев» (там же).
13 тишрея 5700 /1939/ года бомба разорвалась возле дома Адмора, и был тяжело ранен его единственный сын, р. Элимелех. Несколько часов спустя, у входа в больницу погибла от прямого попадания бомбы невестка Адмора — жена р. Элимелеха, пришедшая узнать о состоянии раненного супруга. На следующий день, в канун праздника Суккот, в город ворвались немцы. В первые же часы оккупации нацисты арестовали одного из учеников Адмора. Прервав заботы об умирающем сыне и о похоронах невестки, р. Келонимус занялся срочным вызволением юноши. Он добился приема у начальника гестапо и уговорил нациста проявить милосердие. Гестаповец приказал Адмору, чтобы он пришел за юношей на следующий день. Вечером Адмор провел первую трапезу Суккот в маленьком шалаше, наскоро построенном в укромном дворе. Один из учеников вспоминал, что когда Адмора стали уговаривать, чтобы он не рисковал собственной жизнью и не возвращался утром в гестапо, р. Келонимус ответил: «Ребе, который ради спасения своего хасида не готов сойти в Геином, не может быть Ребе». После утренней молитвы он отправился в здание, где обосновалось гестапо, — в это время хасиды страстно молились за успех его миссии. Вскоре сияющий от радости Адмор вернулся со спасенным им юношей (Гдолей адорот; Бесетер раам).
Вечером следующего дня, в первые мгновения наступающего шабата, скончался от ран его сын. В шабат Адмор, как обычно, принимал хасидов за своим столом и толковал с ними Тору — и лишь на исходе святого дня, когда на небе показались первые три звезды, он разрыдался. В похоронной процессии приняло участие несколько тысяч евреев, сумевших преодолеть свой страх перед немцами. В эти дни Адмор записал в своем дневнике: «Эта боль сильнее, чем можно вынести. …Все надежды, связанные с сыном, разрушены, и мое будущее тоже …отсечено, …и всему причиной мои грехи. Отец милосердный, сжалься надо мной и укрепи меня — чтобы я мог возблагодарить Тебя за то, что Ты удостоил меня такого бесценного сокровища, каким был мой сын до своей кончины» (Ховат аталмидим, Толдот амехабер; Бесетер раам).
Уже через несколько дней, в праздник Симхат-Тора, Адмор танцевал со свитком Торы и пел в кругу своих хасидов, укрепляя их сердца своей верой. «Я уже победил в этой войне! — решительно произнес он. — С Б-жьей помощью, и весь народ Израиля выйдет из войны победителем» (Ховат аталмидим, Толдот амехабер).
Его дом в гетто стал одним из центров духовной жизни.
На протяжении нескольких лет у него собирался постоянный миньян. Не отступая от своего обычая, он каждый шабат устраивал для хасидов тиш (праздничное застолье) и проводил с ними беседы, посвященные недельным разделам Торы (Бесетер раам).
В беседе, произнесенной осенью 5701 /1940/ года, Адмор поднял свой личный трагический опыт потери сына до обобщений, связанных с судьбой всего народа Израиля. Он сопоставил происходящее вокруг убийство евреев с «жертвоприношением Ицхака»: «Когда Авраам вознес на жертвенник своего сына Ицхака, были испытаны только их намерения, но само жертвоприношение не было совершено — поскольку ангел сказал Аврааму: “Не прикасайся к юноше” (Берешит 22:12). Но с тех пор при каждой гибели еврея от рук чужеземцев — даже без намерения еврея пожертвовать собой — происходит жертвоприношение, и этим как бы завершается жертвоприношение Ицхака. Там было желание и намерение, здесь — совершенное действие» (Эш кодеш).
По мотивам своих бесед р. Келонимус писал главу за главой книгу, в которой комментировалось все Пятикнижие. Один из выживших узников гетто вспоминал, что, навещая Адмора в будние дни, «обычно заставал его согнувшимся над своими рукописями» (Бесетер раам).
Являясь высококвалифицированным моэлем, Адмор продолжал делать обрезания младенцам, рождавшимся в гетто. Когда нацистские власти уничтожили все миквы в Варшаве, Адмор организовал тайную микву в Пясечне, и многие евреи, рискуя жизнью, добирались туда, чтобы окунуться в ее воды (Ховат аталмидим, Толдот амехабер; Бесетер раам).
Зимой 5702 /1942/ года начались первые «акции» — операции по массовому уничтожению евреев гетто, улица за улицей.
В этой ситуации, когда окончательная цель нацистов уже не вызывала сомнений, Адмор настойчиво рекомендовал своим хасидам использовать любую возможность, чтобы бежать из Варшавы и прятать детей среди окружающего нееврейского населения (Ховат аталмидим, Толдот амехабер; Бесетер раам).
В своих беседах этого периода Адмор отмечал, что нацистские репрессии калечили не только тела, но и души евреев.
В Хануку 5702 /1942/ года он говорил: «К нашей скорби, даже у некоторых из тех, кто всегда обладал крепкой верой, сегодня вера поколеблена — они спрашивают: “Почему Б-г нас покинул?”. …Но ведь подобные беды периодически, каждые несколько сотен лет, уже обрушивались на народ Израиля. Почему же эти люди пошатн