История одного Кадиша в Прессбурге

Эту потрясающую историю рассказали нам в Братиславе, на «Мемориале Хатам Софера» в Братиславе — бывший Прессбург.

Она связана с Ктав Софер (сыном Хатам Софера) и внуком Раби Акивы Эйгера — оба похоронены в этом комплексе.

100 лет назад Прессбург (современная Братислава) был одним из важных городов Австро-Венгрии, а местная Йешива считалась самой влиятельной в Европе.

В это самое время в Прессбурге жил богатый торговец, державший большой магазин в самом центре города. Он был уважаемым человеком и принимал активное участие в жизни еврейской общины, никогда не жалел денег на благотворительность.

У него была одна привычка, связанная с благотворительностью. Каждый день он подсчитывал свои доходы и отделял 10 % на маасер (десятину). Эту сумму он впоследствии передавал в Йешиву.

Внезапно он заболел и оставил этот мир, поднявшись в небесную Йешиву. Остались жена-вдова и пятеро дочерей-сироты. 

Его жена была очень умной и энергичной женщиной и всегда помогала мужу в делах. Она постаралась сохранить все, как было до ухода ее мужа, и ежедневно передавала маасер от дневной выручки руководителю Йешивы, знаменитому Ктав Соферу.

Так как у них не было сыновей, то жена сразу после смерти мужа договорилась с Ктав Софером о том, чтобы ученики Йешивы читали Кадиш в память о ее муже на протяжении 11 месяцев, а также в годовщину его ухода.Также она попросила читать второй Кадиш за все еврейские души, по котором не прочли Кадиш по каким-то причинам.

Так прошло около десяти лет. Иногда маасер составлял меньше привычной суммы, но женщина  все равно заботилась, чтобы ученики Йешивы получали свою часть с каждой выручки.

Потом дела в магазине стали идти все хуже, ежедневная выручка становилась все меньше, а затем наступило и время убытков. Вдова богача по-прежнему приходила в Йешиву каждый день, иногда с сожалением сообщая Ктав Соферу о том, что ничего не принесла с собой. Но она не переставала просить о ежедневном Кадише, даже не имея возможности оказывать Йешиве материальную помощь, и всегда получала ответ, что ей не о чем беспокоиться.

С каждым днем дела шли все хуже, и вскоре праведной женщине пришлось продавать свои украшения и другие ценные вещи, чтобы прокормить дочерей. Никто не догадывался о том, в каком бедственном положении оказалась семья. И только ученики и работники Йешивы знали, что семья находится на грани банкротства.

Однажды к ним в дом пришел шадхан (сват). 

«Уважаемая, ваши дочери выросли и стали прелестными девушками, — сказал он. — Возможно, вы слишком заняты решением деловых вопросов и не обратили внимание на то, что пришло время выдавать их замуж. Я уверен, что смогу предложить множество кандидатур из числа учащихся Йешивы, и вам будет из кого выбирать. Вам лишь нужно сказать, какое приданое вы даете за каждой из девушек».

Вдова решила не рассказывать об истинном положении вещей и сказала, что подумает и через какое-то время даст ответ. Как только шадхан ушел, несчастная вдова разрыдалась и отправилась в Йешиву. Поговорив с Ктав Софером, она призналась, что не может понять, почему все это с ней происходит, почему она вдруг лишается всего. Потом она опять поинтересовалась, продолжают ли в Йешиве читать заказанные ею кадиши, на что получила ответ, что ничего не изменилось. 

Она попросила продолжать читать Кадиш и, что, как только все наладится — она обязательно продолжит помощь Йешиве. 

Как только вдова вышла из Йешивы на улицу, к ней подошел старик необычной внешности. Он поздоровался и поинтересовался ее делами. Вдова тут же разрыдалась и поделилась своей ситуацией, что разорилась до такой степени, что не в состоянии даже выдать замуж двух дочерей. Старик усадил ее на скамейку, вынул чековую книжку и выписал чек на очень крупную сумму. Он попросил женщину, чтобы она пригласила двух свидетелей. Вдова, не веря своим глазам, забежала в Йешиву и привела двух свидетелей. При них старец вручил ей чек, а затем передал одному из свидетелей образец своей подписи.

На следующий день, рано утром вдова пришла в банк. 

Она подошла к одному из служащих и показала ему чек. Служащий посмотрел на чек и сказал, что здесь довольно большая сумма и он должен обратиться к управляющему банка. 

Он попросил женщину немного подождать и отправился в администрацию банка, где показал чек управляющему.

Управляющий, увидев чек, потерял сознание. В банке началась паника. Несколько раз управляющий приходил в себя и опять терял сознание. Приехала полиция, которая подозревая вдову в махинации, заперла ее в отдельной комнате, и начала расследование этого странного дела.

Когда врачи привели в чувство управляющего банка, он пожелал поговорить с вдовой, показавшей ему чек. Узнав, что она заперта в комнате охраны, управляющий пожелал пойти к ней сам, принес ей свои извинения, а затем пригласил в свой кабинет.

Когда они остались одни, управляющий попросил рассказать, как у неё оказался этот чек. 

Женщина рассказала ему свою историю, упомянув и своего покойного мужа, и маасер, который они отдавали в Йешиву, и, заказанные ею Кадиши по мужу и по душам, за которые некому помолиться, и таинственного старика.

Управляющий спросил, сможет ли женщина опознать старика по фотографии. Женщина сказала, что, конечно, узнает этого человека. Она рассказала и про двух свидетелей из Йешивы, которые также могут опознать, тем более, что они поставили свои подписи на обратной стороне чека, а старик  также расписался в их записных книжках. Управляющий был рад это услышать. Посмотрев на подписи, он распорядился пригласить в банк свидетелей — ими оказались Раби Йосеф Хаим Зонненфельд и Раби Шимон Софер.

Равины пришли в банк и подтвердили слова вдовы. Управляющий сказал, что он лично вложит чек на счет вдовы, поскольку он был выписан со счета его семьи, но на нем также должна расписаться его жена. Он попросил передать жене записку, в которой просил ее срочно прийти в банк и принести с собой все семейные фотографии.
Управляющий банком был евреем, а его жена — нет. Когда она появилась на пороге его кабинета, он попросил вдову и равинов подождать в другой комнате. Когда они вышли, управляющий рассказал обо всем своей жене и предложил показать вдове семейные фотографии, чтобы проверить, узнает ли она кого-то из членов его семьи. В ответ жена управляющего заявила, что если все, что она только что услышала, окажется правдой, то она примет иудаизм и станет еврейкой.
Управляющий разложил на своем столе все фотографии, которые принесла его жена. Затем они по одному пригласили в кабинет вдову и обоих равинов, спрашивая, узнают ли они таинственного незнакомца среди людей на фотографиях. И женщина, и раввины указали на одного и того же человека.
Управляющий собрал всех в своем кабинете и рассказал всю историю:
— Вы знаете, кто дал этот чек? Это мой отец. Он управлял этим банком до меня. Но он умер десять лет назад! Должен признать, что я никогда не читал Кадиш по отцу. Прошлой ночью он пришел ко мне во сне, сказав, что спасся от Геенома, благодаря заказанному одной женщиной Кадишу о душах, по которым никто не читает молитв. Отец добавил, что эта женщина попала в беду, и мы обязаны ей помочь. Он выпишет для нее чек на 20 000 крон, а если я не заплачу по этому чеку, то отец задушит меня во сне. Я проснулся в ужасе. Утром я рассказал жене о своем сне, и она тоже разволновалась. Увидев этот чек, я потерял сознание, потому что понял, что отец действительно приходил ко мне. Я выплачу 20 000 крон, обещанные моим отцом. Но это еще не все. Я добавлю еще 20 000 от себя, потому что вы выполнили мой долг за меня и спасли этим Кадишем душу моего отца.
— Мне жаль, что я отошел от иудаизма, — вновь обратился управляющий своим гостям, — теперь я вижу, что наш Б-г — един, Он — истина и награждает каждого по его заслугам. Я решил, что с этого момента буду исполнять все заповеди Творца, указанные в Торе. Моя жена также готова пройти гиюр и жить, как еврейка. Пожалуйста, помогите нам понять, что и как нужно делать.
Управляющий распорядился, чтобы женщине выдали 40 000 крон. Первое, что она сделала, получив всю сумму, — принесла ее десятую часть в Йешиву. Вскоре после этого ее дела наладились, и все ее дочери вышли замуж за праведных и Б-гобоязненных знатоков Торы.
(silatehilim.com на «Мемориале Хатам Софер»)