Рабби Симха Буним из Пшисха

Рабби Симха Буним из Пшисха учился в Йешивот Маттерсдофа и Никольсбурга, где его учителем был Рабби Мордехай Банет.

Йорцайт - 12 Элула;

Место захоронения - Przysucha, Польша.

Рабби Симха Буним познакомился с хасидизмом благодаря своему тестю и стал последователем Магида из Козниц.

После работы управляющим лесорубки, а затем аптеки, он познакомился, а затем попал под влияние и стал близким другом Рабби Хозе из Люблина. Когда Рабби Яаков Ицхак «Аид а-Кадош» (святой еврей) покинул круг Хозе, чтобы основать свой в двор в Пшисхе, Рабби Буним последовал за ним туда и стал его последователем и продолжателем его дела после смерти «Аида а-Кадош».

Главным принципом этого учения – было самопознание и самонаблюдение.

Это направление продолжили Коцкер Ребе, Воркер Ребе, Хидушей а-Рим из Гур.

Его учение было собрано в книгах – «Коль Симха», «Раматаим Цофим», «Хедват Симха».

Однажды Рабби Симха Буним сказал: «Я узнал значение слова «любовь», когда подслушал разговор между польскими крестьянами в Таверне. Один другому говорит: «Ты любишь меня?» Тот отвечает: «Конечно». Первый не унимается: «Тогда скажи, что у меня болит?»

«Не знаю» – ответил второй.

«Тогда как же ты можешь говорить, что любишь меня. Любить, быть другом – это знать, где болит».

Все кости

Когда недруги Рабби Бунима спрашивали, отчего он каждое утро запаздывает с молитвой, он отвечал: «У человека есть кости, которые продолжают спать даже после того, как он сам проснулся».                                                                               

Сказано в Теилим (35:10): «Все кости мои будут говорить: Б-г! Кто подобен Тебе?»                                                          

Вот почему человеку следует подождать с молитвой, пока не проснулись все его кости».

Давид и мы

Рабби Бунима однажды спросили:                                                  

«Мы многократно каемся в своих грехах в Йом Кипур. Почему же мы не узнаем о том, прощены ли нам наши грехи? Вот ведь Давид едва успел вымолвить: «Согрешил я пред Господом», как ему было сказано: «Господь снял твой грех». «И сказал Давид Натану: согрешил я пред Господом… И сказал Натан Давиду: Господь снял твой грех – ты не умрешь».

Рабби Буним на это ответил:      

«Ведь Давид сказал: «Согрешил я пред Господом», имея в виду: «Поступай со мною согласно Твоей воле, и я приму это с любовью, ибо Ты, Господи, справедлив». Когда же мы говорим: «Мы согрешили», то полагаем, что Б-гу свойственно прощать нас; а когда сразу после этого мы добавляем: «Мы предали Тебя», то считаем, что теперь, уже простив нас, Он и в дальнейшем будет к нам благосклонен».

Стихи для шахматной игры

В молодости, когда Рабби Буним был торговцем древесиной, он любил играть в шахматы с довольно сомнительными личностями. Каждый ход он делал с душевной страстью, как будто выполнял некий священный ритуал, и время от времени сопровождал свои действия шутливыми стихами, которые он наполовину читал, наполовину пел. Например: «Ходи осторожно – так и без коня остаться можно». Речь в стихах всегда шла о том, что происходит на шахматной доске, но интонация, с которой Буним их декламировал, заставляла всех присутствующих слушать их с особым вниманием. И с каждым разом они все больше и больше осознавали, что стихи связаны с их жизнью. Не желая признаваться в этом даже самим себе, они пытались сопротивляться, но в конце концов вынуждены были подчиниться. И в сердцах своих они ощущали зарождающиеся перемены.

Неверный ход

Однажды Рабби Буним играл в шахматы с человеком, которого он очень сильно желал наставить на путь истинный. Рабби сделал неудачный ход, и ответный ход противника мог поставить его в безвыходное положение. Рабби Буним взмолился, чтобы противник позволил ему взять ход назад, и тот согласился. Но когда Рабби сделал еще один неверный ход, противник отказался дать ему такую возможность. «Один раз я пошел тебе навстречу, – сказал он, – и этого достаточно».
«Горе человеку, – воскликнул цадик, – который настолько погряз в грехах, что даже молитва не имеет на него действия!» Его противник застыл и онемел, потрясенный до глубины души.

Суетные разговоры
Рабби Буним возил свой товар по Висле на продажу в Данциг, а по пути заезжал к святому Аиду.
Однажды он приехал к нему прямо из Данцига. «Что нового ты там слышал?» – спросил его «Аид а-Кадош». Буним принялся рассказывать ему о самых различных вещах. Йерахмиэль, сын цадика, не мог скрыть своего раздражения тем, что внимание отца отвлекают какими-то суетными разговорами. Однако, когда гость ушел, «Аид а-Кадош» сказал сыну: «Знаешь ли ты, что все рассказанное им поднимается из бездны к подножью трона славы?»

Стены дома

Однажды по пути в Лейпциг Рабби Буним вместе с несколькими торговцами-попутчиками остановился в одном еврейском доме, чтобы прочесть послеполуденную молитву. Но, едва войдя в этот дом, он впал в замешательство, потому что там царил стойкий неприятный запах. Рабби подал знак своим попутчикам, и они вышли из дома. Однако, сделав несколько шагов, Рабби остановился: «Мы должны вернуться! – воскликнул он. – Стены дома взывают к справедливости, потому что я опозорил их своим презрительным отношением».

Разве они отрицают Бога?

Когда Рабби Буним бывал в Данциге, он по субботам общался с «немцами» – так называли евреев, которые отошли от Закона и соблюдения еврейского образа жизни, – и вел с ними разговоры о Торе. Но «немцы» только посмеивались над ним, считая его поведение чудаковатым. Его сын, Рабби Авраам-Моше, едва сдерживал свою досаду, упрашивая отца не обсуждать вопросы веры с неверующими, которые только насмехаются над ним.
«А что я могу поделать? – возражал Рабби Буним. – Они раззадоривают меня, и я не в силах сдерживаться. Ну хорошо, в следующую Субботу как увидишь, что я снова вступаю в эти разговоры, толкни меня ногой под столом, чтобы я сидел тихо». Так его сын и поступил в следующую Субботу, когда они, как обычно, сели за стол.
Но Рабби Буним сказал укоряющее: «Вовсе нет! Этих людей нельзя назвать неверующими! Мне довелось слышать, как один из них, страдая от головной боли, воскликнул: «Шма, Исраэль!» Вот фараон – тот был поистине неверующим, потому что, страдая от ниспосланных Б-гом казней египетских, все равно продолжал заявлять, что не признает Его».
«И сказал фараон: “Кто такой Б-г, чтобы я послушался его и отпустил Израиль? Не знаю я Б-га, и Израиль тоже не отпущу”».

Программка и спектакль
В то время, когда Рабби Буним еще торговал древесиной, купцы Данцига спросили его, почему он, столь хорошо знающий Писание, тем не менее регулярно ходит к цадикам? Что же такого они в состоянии сказать ему помимо того, что он и так может прочесть в книге? Рабби Буним попытался объяснить им – но безуспешно. Вечером купцы пригласили его в театр, но он отказался. Вернувшись после спектакля, они стали рассказывать ему, какое удовольствие они получили от увиденного. «Я и сам знаю, – ответил рабби Буним, – я прочел театральную программку».
    «Но разве чтение программки сравнимо с тем, что мы видели своими глазами!»
    «Именно это я и хотел сказать вам – когда речь заходит о книгах и цадиках».

Кевер Цадик

Рабби Симха Буним шёл по дороге вместе со своим учеником, будущим Коцкер Ребе. Начался сильнейший дождь, и Рабби Буним помолился, чтобы дождь прекратился. Коцкий Ребе спросил: «ведь в Йома 53б сказано о молитве путников о дожде"?

Рабби Буним ответил, что есть разница между «оврей драхим»  - людьми, для которых дорога лишь средство добраться из точки А в точку Б, и «холхей драхим» - теми, для кого сама дорога имеет значение и каждый шаг ценен. И сказал, что они относятся ко второй категории — поэтому могут молиться об облегчении пути. (Коль Мевасер)

Рабби Симха Буним намекает нам - не только прибытие к Кевер Цадик имеет значение — каждая ступень пути может быть частью аводы. 

(«Хасидские истории. Поздние учителя» Бубер Мартин)