11 Адара Йорцайт/Илула Рабейну Хида (Хаима Иосефа Давида Азулай)

Рабейну Хида (Хаим Иосеф Давид Азулай) – величайший каббалист, автор «Шаар Йосеф», «Биркей Йосеф» и «Махзик Бреха», «Тора ор» (Тора — свет), «Нахаль кедумим» (Древний поток) и «Рош Давид» (Глава Давид) и других трудов.

Он был любимым учеником Рабби Хаима бен Атара (Ор а-Хаим), став его ближайшим и самым преданным последователем.

В последний день праздника Суккот 5503 /1743/ года юный Хида стал свидетелем того, как Ор а-Хаим молился непрерывно в течение суток, сидя на полу в своей комнате. Хида отметил, что вечером, в начале молитвы, лицо наставника «светилось, как солнце», затем он «горько плакал… всю ночь», а на следующий вечер, к началу праздника Симхат Тора, его лик вновь озарился светом. Р. Хаим Ибн Атар пояснил ученикам, что молился о приходе Машиаха, — при этом Хида понял из его слов, что сам наставник «был способен и призван стать Машиахом», чтобы принести еврейскому народу конечное избавление, но из-за грехов поколения ему не было позволено «открыться» и реализовать свое назначение. И тогда в ночной молитве, сидя на полу своей комнаты, р. Хаим Ибн Атар достиг соглашения с Небесным Судом: в этот год, в возрасте сорока семи лет, он покинет мир, искупив соей смертью грехи всего поколения. (Толдота Ор а-Хаим а-Кадош с. 50).

После смерти Ор Хаима (зехуто яген алейну), Хида обратился к учению секретов Торы с Рабби Шаломом Шараби (Рашаш) в Йешиве кабалистов «Бейт Эль».

Вскоре Хида уезжают в Европу. Глава йешивы Раби Сар-Шалом Шараби считал, что приблизилось время геулы (конечного избавления еврейского народа). Он избрал двух своих ближайших учеников, р. Азулая и р. Хаима Делароза, чтобы в совместной молитве склонить решение Небесного Суда к геуле. Они постились три дня подряд, а затем, поднявшись на крышу ешивы, погрузились в молитвенную медитацию. С помощью сокровенных кабалистических каванот им удалось вступить в контакт с Небесным Судом. Им было открыто, что хотя время геулы ещё не настало и народ Израиля к ней не готов, тем не менее, их совместная молитва способна спровоцировать преждевременное явление Машиаха, сопряженное с катастрофическими последствиями для всей Вселенной. Чтобы этого не произошло, троим праведникам следовало немедленно разлучиться — по требованию Небесного Суда один из них должен был покинуть Святую Землю, на которой молитвы обладают особой силой. Жребий пал на Раби Хаима-Йосефа Давида Азулая. (Везэ шаар ашамаим с. 163)

Он был раввином в Каире пять лет. Он завершил свое второе путешествие в Ливорно (Италия), где он остался до конца своих дней. В каждой поездке Хида заходил во все библиотеки старался ознакомиться с тысячами манускриптов и создал по ним книгу «Шем а-Гедолим», с биографиями 1300 мудрецов.

Рабби Элимелех из Лиженска говорил, что Господь всегда соблюдает баланс. В то время, когда пришел Мендельсон с его еретическим комментарием Хумаша, Господь прислал Хиду в ответ с его священными книгами, усиливающими наши основы веры в Бога.

Сота

Один из почтенных граждан Ливорно, происходящий из рода коэнов, обратился к р. Хиде с жалобой на свою жену, которая, вопреки его предупреждению, уединилась в комнате с неким посторонним мужчиной. Р. Хида постановил, что, согласно закону Торы, муж обязан развестись с неверной женой. Однако некоторые даяны Ливорно, связанные родственными узами с семьей подозреваемой женщины, заявили, что «в таком серьезном деле невозможно полагаться лишь на ясновидение» р. Азулая – ведь в комнате, где жена коэна уединилась с мужчиной, не было свидетелей, которые могли бы подтвердить сам факт измены.

И тогда Раби Хида пригласил подозреваемую к себе в дом учения. Он извлек свиток Торы и произнес перед ней весь раздел Сота, связанный с испытанием жены, подозреваемой в неверности мужу. «Если не лежал с тобой мужчина, — читал он, — и если не совратилась ты осквернением втайне от мужа твоего, то будь невредима… Но если ты втайне изменила твоему мужу и осквернилась, и совершил с тобою соитие мужчина, кроме твоего мужа, тогда…сделает Г-сподь бедро твое опавшим и живот твой опухшим…» (Бемидбар 5:19—21). И не успела женщина покинуть комнату, как её лицо пожелтело, глаза вылезли из орбит — и в считанные мгновения с её телом произошло все то, что написано в этом разделе Торы. В память об этом происшествии руководители ливорнской общины повелели облицевать золотым листом то место, на котором изменница была обличена с Небес в своем преступлении. (Гдолей адорот)

Однажды к Раби Хида пришел грубый и необразованный еврей и стал требовать, чтобы Хида рекомендовал его раввину другого города, как порядочного и исполненного выдающихся достоинств человека. Мудрец попытался уклониться, но грубиян был настойчив и в конце концов перешел к угрозам. Дело происходило поздней ночью, в пустом Доме Учения, позвать на помощь было некого, – и Хида решил написать письмо, спрятав подлинную рекомендацию между строк.

В письме мнимым достоинствам просителя давалась очень высокая оценка. Послание начиналось так: «Этот человек настолько велик, что, живи он во времена пророка Элиши, поток оливкового масла не иссяк бы никогда». (Четвертая глава книги Млахим повествует о бедной вдове со множеством детей. Элиша, ученик пророка Элияу, велел ей собрать все пустые сосуды в доме и заполнить их из бутылки с дорогим оливковым маслом. Произошло чудо: масло не иссякло, пока все сосуды не наполнились.)

Грубиян торжествовал. Однако раввин, которому он принес пространное рекомендательное письмо, почувствовал, что здесь что-то не так. Еще раз посмотрев на подателя рекомендации, он внимательно перечитал послание и понял: Хида говорит ему, что этот человек – пустой сосуд, лишенный какого-либо внутреннего содержания, и само письмо, по всей видимости, написано было под давлением. Грубиян немедленно получил по заслугам: его с позором изгнали из города. (Яаков Шехтер)

11 Адара в 83 года Рабейну Хида покинул это мир – место упокоения Хиды находится на Гар а-Менухот в Иерусалиме. Пусть Зхут Цадика хранит наш народ!

(по материалам сайтов Цадиким и Толдот)

This article was published on: 15/02/19 11:00 ДП

Добавить комментарий